В ноябре 1920 года Сергей Нератов, офицер Белой армии, оказался в Константинополе. Он прибыл туда с разбитыми частями врангелевцев и такими же, как он, беженцами. Война отняла у него всё: погибли жена и дети, прежняя жизнь рухнула. Армия, которой он служил, перестала существовать. Теперь он был один среди тысяч потерянных людей.
Несмотря на собственную боль, Нератов постепенно становится тем, на кого начинает опираться русская диаспора. Он не искал этой роли, но другие увидели в нем опору. В Константинополь многие ехали с надеждой найти приют и свободу. Вместо этого их встретили равнодушием, а порой и презрением. Русских здесь часто считали людьми второго сорта, обречёнными на жалкое существование.
Сам Нератов всегда жил по кодексу чести. Для него долг и ответственность значили больше, чем личная выгода. Он оказался в чужом, недружелюбном мире, где нужно было снова бороться — уже не с оружием в руках, а за право просто жить достойно. И он начал эту борьбу. Он стал голосом своих соотечественников, их защитником от произвола и несправедливости. Под его началом разрозненные беженцы начали обретать черты сообщества, способного отстаивать свои права.
